Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
19:43 

Моя Темная Сторона

polina-kolpakova
Название: Моя Темная Сторона
Автор: polina-kolpakova
Пэйринг: Шурф / Макс
Рейтинг: детский!
Жанр: джен, слэш
Размер: ~ 8000 слов
Предупреждение: часть текста была утеряна.


Обстановка в «Ужине вурдалака» вполне соответствовала драматургии названия: свечи, полумрак, столешницы размалеваны красной краской, символизирующей кровь. Обрадованный внезапным появлением клиентов хозяин тут же принес нам меню. Он был любезен и дружелюбен. Кажется, ни знакомые всей столице защитные рукавицы, скрывающие смертоносные руки Лонли-Локли, ни моя Мантия Смерти ничуть его не смущали. Напротив: мы так мило гармонировали с обстановкой!
– Я был там сегодня ночью, Шурф.
Он вопросительно приподнял брови, и я пояснил:
– В нашем с тобой общем сне. Заснул и тут же попал на это грешное побережье. Но посторонних я там не обнаружил. Что я там действительно нашел, так это твои следы на песке. Знаешь, меня это, честно говоря, потрясло…
– Вот как? – хладнокровно переспросил Шурф. – А ты уверен, что это именно мои следы?
– Абсолютно. Если бы не был уверен, сказал бы, что нашел следы, которые могут оказаться твоими. Но у меня нет никаких сомнений… Кстати, следы были от сапог. Спишь ты в них, что ли?
– Не говори ерунду. Разумеется, я сплю без обуви. Тем не менее мне действительно снилось, что я в сапогах… Погоди, Макс, неужели ты хочешь сказать, что всегда гуляешь по своим снам раздетым?
– Нет, конечно, – я изрядно растерялся.
– Значит, мне не повезло, – с едва различимой ноткой юмора в голосе сказал Лонли-Локли. – Ты собираешься обсудить это с сэром Джуффином, да?
Я не стал переспрашивать, с чем именно ему не повезло, и сосредоточил внимание на второй части фразы.
– Собираюсь, конечно. Даже если ты против, мне все равно придется это сделать: все мои проблемы почему-то касаются Джуффина. А ты против?
Шурф аккуратно взял маленькую кружку с камрой, отпил глоток и поставил ее обратно на стол. Как он умудряется проделывать эту процедуру, не снимая огромных защитных рукавиц, – вот чего я, наверное, никогда не пойму…
Сам не знаю– сухо сказал он.
– Ну, что ж… Во всяком случае, ты свободный человек и имеешь право на личные тайны. А я собираюсь разгласить твою личную тайну. И, как видишь, не слишком забочусь о том, чтобы получить твое разрешение…
Лонли-Локли пронзительно посмотрел на меня. Его серые глаза, обычно излучающие ледяное спокойствие, вспыхнули такой ослепительной яростью, что я чуть не захлебнулся воздухом, который вдыхал.
– Я – не «свободный человек», я – Мастер Пресекающий ненужные жизни. «Смерть на Королевской службе», по твоему собственному выражению. Поэтому я не имею права на личные тайны. Эта роскошь может слишком дорого стоить тем, кто не обязан за меня расплачиваться.
Ораторский пыл внезапно угас. Мой грозный друг опустил глаза и тихо продолжил: –Разумеется, ты обязан рассказать нашу историю Джуффину, что бы я там ни думал по этому поводу.
– Что-то случилось, Шурф? – удивленно спросил я. – Тебе неприятен этот разговор? Я впервые слышу от тебя столь прочувствованную речь.
– Что-то случилось, – кивнул Лонли-Локли. – И чем быстрее я выясню, что именно случилось, тем лучше. Мне действительно крайне неприятен этот разговор, потому что какая-то часть меня не желает, чтобы ты говорил с Джуффином. Так что я обращался не столько к тебе, сколько к себе самому… Мне было бы чрезвычайно прискорбно узнать, что я тебя обидел.
– Грешные Магистры, меня не так-то легко обидеть!.. Но ты меня здорово растревожил, Шурф. Оно даже к лучшему: теперь я постараюсь разобраться с этой историей, не откладывая.
– Хорошо, – задумчиво отозвался Лонли-Локли. – Чем скорее, тем лучше… Знаешь, у меня такое чувство, что я действительно нуждаюсь в твоей помощи, хотя не могу сформулировать почему. Это довольно странное ощущение: я не привык испытывать необходимость в чьей-то поддержке.
– Сам же не раз говорил, что не следует пренебрегать возможностью получить новый опыт! – рассмеялся я.
- Да уж, мысль о возможности получения нового опыта в последнее время становится пугающе регулярной…- тихо сказал Шурф обращаясь скорее к столу, чем ко мне. – ты, Макс, - продолжил он уже громче, - знаком и с Безумным Рыбником, и с сэром Лонли-Локли, и с тем же сэром на Темной стороне. –но сейчас я осознаю в себе что-то еще, а если быть точнее, кого-то еще, не имеющего ко мне никакого отношения, но тем не менее… - Впрочем, я уверен, нам стоит продолжить этот разговор, после того, как вы увидитесь с сэром Джуффином.
– Ладно уж, еще по стаканчику крови невинных младенцев, и можем топать на воздух, коллега. Тебя наверняка ждут дома, а я попробую испоганить безмятежную жизнь шефа невразумительным монологом о таинственном характере наших драгоценных сновидений.
****
Дело кончилось тем, что я потребовал еще одну кружку камры, каковая, увы, оказалась далеко не лучшей в Ехо. Шурф немного поразмыслил и заказал себе стакан какого-то темного вина.
– Как, ты не будешь переливать его в свою дырявую чашку? – с некоторым разочарованием спросил я, наблюдая, как мой коллега подносит стакан ко рту. – А я-то собирался попросить глоточек… Люблю совать нос в чужие чудеса, ты же знаешь!
– В настоящий момент я не испытываю необходимости пользоваться силой Дырявой Чаши. День, который я прожил, нельзя назвать тяжелым. Кроме того, я чувствую некоторое нервное возбуждение…
– Нервное? Возбуждение!? Шурф, про себя ли ты говоришь?– поразился я. – Хм… когда ситуация выходит из-под контроля, я просто пробую заняться чем-то другим. Самое удивительное, что заняться чем-то другим всегда возможно, главное – начать…
– Это – одно из самых странных рассуждений, которые мне доводилось слышать, – одобрительно сказал Лонли-Локли. – Но знаешь, я не думаю, что столь экстравагантный совет может пригодиться кому-то, кроме тебя самого.
– Ты прав, – улыбнулся я. – Но я тоже иногда нуждаюсь в хорошем совете… Шурф, ты бы все-таки дал мне чашку. Предчувствие говорит мне, что я просто обязан воспользоваться случаем и выпить из твоего волшебного сосуда.
Он достал откуда-то из-под белоснежного лоохи свою знаменитую бездонную чашку и протянул ее мне.
– А что ты собираешься из нее пить?
– Да хоть камру!
Я перелил содержимое своей кружки в дырявую чашку Лонли-Локли и залпом выпил уже почти остывший напиток.
– Ну и каковы твои ощущения? – удивленно спросил мой друг. – Видишь ли, камра – не совсем тот напиток, который помогает добиться наилучшего эффекта!
– Правда? А мне кажется, что я скоро взлечу. Буквально с минуты на минуту!
– Мало ли, что тебе кажется! Сила требуется для того, чтобы летать по-настоящему, а не наслаждаться иллюзиями… А теперь нам действительно пора идти. Уже довольно поздно, а я, как ты знаешь, живу в Новом Городе. Я даже собираюсь попросить тебя отвезти меня домой, на служебном амобилере мне придется добираться домой не меньше часа.
– Кошмар! Разумеется, я тебя подвезу. И дюжины минут не пройдет, как ты будешь дома.
– Я буду очень признателен тебе за эту услугу. Жена предпочитает проводить вечера в моем обществе, когда это возможно. Признаться, это меня немного удивляет: на мой взгляд, я – не лучший из собеседников.
– А вот я ее понимаю. С тобой спокойно, Шурф. Пока ты рядом, можно не опасаться, что этот замечательный Мир может рухнуть!
– Какая странная идея… Но мне приятно, что я слышу это именно от тебя. – с неожиданной нежностью в голосе ответил Лонли-Локли. – Что ж, в любом случае, нам пора.
****
Мы расплатились и вышли на улицу. Я сел за рычаг амобилера, Шурф устроился рядом, и я с удовольствием рванул с места. Может быть, камра – действительно не тот напиток, который следует пить из дырявой чашки, но мне нравилась удивительная легкость, переполнившая меня, как шампанское переполняет бокал: того гляди, еще немного – и перехлестнет через край!
– Послушай, Шурф, у меня образовался еще один вопрос, – начал я.– Что касается наших с тобою снов. Ну и твоего, раздвоения, нет, расчетверения личности! Я не совсем понял, каким образом ты ощущаешь присутствие гипотетического постороннего существа?
– Знаешь, Макс, мне почему-то очень трудно сосредоточиться, когда я пытаюсь говорить, о том, что именно со мной происходит .– А ты очень хочешь, чтобы я сказал, да?
Меня насторожили незнакомые язвительные нотки в голосе Шурфа. Но я даже не удивился: он весь вечер был немного на взводе – насколько вообще невозмутимый сэр Шурф Лонли-Локли может быть «на взводе».
– Я думаю, что ты сам очень хочешь в себе разобраться – улыбнулся я, машинально обернувшись к своему собеседнику.
Я совсем немного повернул голову. Но этого вежливого поворота головы оказалось достаточно, чтобы заметить нечто, абсолютно не укладывающееся в рамки моих представлений о возможном. Шурф как раз заканчивал снимать защитную рукавицу с левой руки. Его смертоносная перчатка сияла в вечернем полумраке, рассекая оранжевый туман уличных фонарей ослепительной опасной белизной… Самый предсказуемый и надежный из моих друзей, сэр Шурф Лонли-Локли, на чьих плечах, согласно моим по-детски наивным представлениям, держался этот Мир, собирался убить меня здесь и сейчас, не вдаваясь в пространные объяснения причин своего более чем эксцентричного намерения.
Я резко затормозил и выскочил из амобилера, на долю секунды замешкавшись с его дверцей. Но подняв глаза, увидел, что Лонли-Локли уже стоит на земле передо мной, все-таки скорость реакции у парня была нечеловеческой.
– Трепыхаешься, гаденыш? – прошипело существо.
А как его еще называть? Этот голос не мог быть голосом моего друга Шурфа. Чьим угодно, но только не его!
«Плюй в него, кретин! Плюй, пока не поздно!» – орал мой рассудок, но непрошеному советчику пришлось заткнуться. Я не собирался тратить драгоценное время на дурацкие эксперименты, исход которых очевиден заранее.
Я рассмеялся, как смеются безумцы, и подскочил, сам не зная, зачем я это делаю. Но земли под ногами не оказалось. Удивительная легкость, переполнившая меня после ритуала с дырявой чашкой, наконец-то перехлестнула через край. Мгновение спустя, я с изумлением оглядывал остроконечные крыши старого центра Ехо. Я не взлетел, а, скорее, выстрелил собою в небо: веселая, легкая сила швырнула меня вверх, как пробку из бутылки. Я все еще смеялся, как сумасшедший. Да я, пожалуй, и был сумасшедшим. А что еще может случиться с человеком, которого вдруг, ни с того ни с сего, вознамерился убить самый надежный и предсказуемый из его друзей?!
Странное ощущение где-то в ногах мгновенно привело мня в чувство. Я заметил, что полет мой замедлился, словно рассерженная моим нахальным прыжком сила земного притяжения решила как следует подналечь и вернуть меня на твердь незамедлительно.
Не только ноги, но теперь уж и бедра, нижняя часть спины, кисти рук словно налились свинцом и настойчиво тянули меня вниз. Я отчаянно замолотил руками, сам себе напоминая подброшенную вверх курицу и уже был готов хвататься зубами за воздух в попытке удержаться наверху, но в этот момент мои сапоги, стянутые, сдернутые невидимой рукой начали свое падение вниз и я заворожено проследил за их полетом и понял, что пропал. Невозможно сопротивляться тяжелому взгляду Мастера, Пресекающего Ненужные Жизни, наверное, способному этим своим взглядом, нет, Взглядом, ворочать многотонные валуны, не говоря уже о такой простенькой задачке, как сдернуть с небес мои никчемные килограммы…
Когда до земли оставалось около двух метров, действие этой силы вдруг прекратилось, и я упал на четвереньки у ног Лонли-Локли. Я прищелкнул пальцами, собираясь поразить своего сбрендившего друга Смертным Шаром, и зеленая шаровая молния возникла у моей ладони, и я уже мысленно видел ее полет к телу Шурфа, но окончание этого затянувшегося мига было несколько иным. На спину мне легла тяжелая ладонь, мертвенный холод которой я ощущал через плотную ткань Мантии Смерти. Что ж, судя по тому, что мой мысленный предсмертный вопль все длится и длится, не думая обрываться, тварь, вселившаяся в Лонли-Локли, неожиданно сменила тактику и передумала меня убивать, но предпочла обойтись обездвиживанием моего бренного тела. Машинально я рванулся, но с ужасом ощутил, что не могу двигать даже глазами. Я увяз в неподвижности, как насекомое в янтаре, и мои ругательства наполовину с проклятьями рвались наружу не находя выхода. Лонли-Локли тем временем присел на корточки перед моим лицом и все тем же омерзительным голосом произнес:
- Допрыгался, гаденыш? Я подумал немного порадовать тебя перед смертью, не знаю, оценишь ли ты мой подарок, но умрешь точно счастливым! Для таких как я есть отличный способ вытеснить твою душонку из тела и занять ее место.
С этими словами он исчез из поля моего зрения и теперь я видел только свои сапоги, упавшие с небес минутой раньше меня.
Не успел я подумать о природе его «подарка», мне все стало ясно. Неумолимая ледяная рука задрала мою мантию вместе со скабой с задней части окаменевшего тела на переднюю, и я с немым ужасом ощутил, как прижалось ко мне горячее тело Шурфа. Обе его руки легли мне на поясницу, краешком сознания я подумал, что вторую, смертоносную перчатку он снял. Лучше б он ее не снимал. Тем временем когтистая лапа неторопливо прошлась по моей спине , сзади послышался сладостный вздох твари, предвкушавшей развлечение, а я… Я с ужасом и стыдом ощутил, что упирающееся в меня мужское достоинство Лонли-Локли оказалось под стать его росту и такое же несгибаемое, как и его характер… Кажется, только в этот момент я оправился от первого шока и осознав реальность и неотвратимость происходящего истошно заорал на Безмолвной Речи «ДЖУФФИН! ПОМОГИТЕ!!!»
Невесть откуда в бешено работающей голове взялась картинка: свежий выпуск «Суеты Ехо» и на первой полосе сногсшибательная новость, о том, как Ночное Лицо Почтеннейшего Начальника Тайного Сыска, – грозный сэр Макс был найден убитым и изнасилованным в кустах у канавы… А какие-нибудь объявившиеся свидетели добавят: убитым и изнасилованным сэром Шурфом Лонли-Локли, Мастером Пресекающем Ненужные Жизни, а по совместительству Истиной в последней инстанции… И если я останусь в живых, что вряд ли, мне останется только одно – плюнуть высоко вверх и подставить лоб под плевок. Ибо если произойдет то, о чем я думаю, мне даже в уборной будет стыдно задницу оголять.
Тем временем, я, хвала Магистрам был услышан и неожиданно громкий и словно бы металлический голос Джуффина грохотнул в мозгу «Макс, где ты?» Пока я называл ему место, стараясь не думать о том, в каком интересном виде застанет шеф своих сотрудников, рука моего мучителя увлажнилась, видимо, слюной, неторопливо и по-хозяйски прошлась между ягодиц… Кажется даже драконьи морды на мох сапогах ошарашено вытянулись и их честные глаза, в которые я невольно пялился последние минуты, зажмурились, чтоб не видеть моего позора!
В этот момент что-то изменилось. Тварь отпрянула от меня. С разбега всадить собирается, что ли!?
-Беги, Макс…
Без сомненья, это был голос Шурфа, настоящего Шурфа Лонли-Локли, моего друга, и, о, Грешные небеса, как же я был рад его слышать!
Подвижность вернулась в мое тело стремительно, я вскакиваю на ноги, машинально одергивая одежду, не оглядываясь, поражающими меня самого скачками, босиком, бегу по ночной улице, и ни мои мысли, ни сумбурные чувства не могут меня догнать! Соображать будем потом, когда расстояние между мной и этим опасным существом... Ох, черт, кажется, мысли о Шурфе меня все-таки догнали. Я несся быстрее ветра к Управлению, напрочь позабыв о данных Джуффину координатах о моем местоположении. Вскоре раздался его безмолвный голос:
-«Тебя здесь нет».
-« А Шурф?»
-«Что Шурф? Здесь никого нет»
****
Сидя в кресле в кабинете Джуффина я медленно и болезненно приходил в себя, нервно вздрагивая каждый раз, когда холодная камра проливалась из трясущегося стакана мне на колени. Джуффин, спокойно пыхтящий трубкой, видимо счел, что моим органам артикуляции пора бы начать что-нибудь произносить:
- То, что тебя пытались убить, Макс, я уже понял, можешь прекращать так красноречиво на меня таращиться. Теперь ответь, кто?
-Шурф.
-Неслабо… А ты уверен, что это был Шурф?
-По крайней мере, из кабака я выходил с Шурфом и в амобилер со мной сел Шурф. Но это еще не самая ошеломительная новость за последние сто лет!
-А какая самая ошеломительная?- Джуффин придвинулся поближе.
-Он хотел меня отыметь.
-Шурф. Тебя. Хм… Отыметь.- Гомерический хохот Джуффина сотряс Вселенную до основания, не преминув радостно прозвенеть во всех окнах Управления. Он ржал долго и со вкусом, не забывая время от времени словно бы сокрушенно качать головой, потом извлек из складок лоохи трогательно-беленький платочек и промокнул свои раскосые глаза, всем своим видом напоминая прослезившегося папашу, пришедшего на детский утренник послушать первое выступление любимого сына. – Отыметь, значит… Ух, проказник, дядька Шурф!- он погрозил кулаком куда-то в пустоту перед собой.- А убить, значит, хотел, потому что ты отказался? И он побоялся, что ты проболтаешься Мелифаро?- На сей раз он откинул голову и загрохотал так, что, наверное, даже в моем родном мире вороны снялись с веток деревьев.
Кажется, меня немного отпустило, и я тоже истерично хихикнул пару раз.
Джуффин прекратил смеяться так резко, словно никогда и не начинал. Мое счастье, что по идее я уже «заступил на ночную вахту» и не было никого, кого бы заинтересовало его громкое веселье. Его лицо стало отстраненным и немного усталым, возможно, шеф решил с кем-то перекинуться парой словечек по Безмолвной Речи. Я сидел молча, чего со мной практически не бывало в постэкстремальных ситуациях! Взгляд упал на мои сапоги с драконьими мордами, которые Джуффин проволок с «места преступления», и я неожиданно смутившись отвел глаза, да…, Если вещи хранят память о увиденных событиях и могут показать эти события человеку, умеющему видеть… А сапожки-то я пожалуй заберу, несмотря на то, что носить уже не буду! Я, конечно, безмерно доверяю своему шефу, и я без единого сомнения доверил бы ему свою шкуру, свою душу, так, чего там у меня еще ценного? Но я ни за что не оставлю с шефом наедине этих невольных свидетелей нашего с Шурфом позора, только не с ним, любопытным лисом, интриганом… Кеттарийцем!!! Все эти нелепые мыслишки спасительно наводнили мою голову, не дав глубокому эмоциональному шоку занять там все место.
- Боюсь, парень влип несколько покруче, чем ты. – Джуффин снова был со мной. - Давай рассказывай по порядку, предельно кротко, если сможешь. Шурф уже вкратце изложил свой вариант развития событий, через несколько минут он будет здесь, и мы постараемся свести ваши показания в нечто единое…
Кажется, я даже вскочил – Шурф? Здесь? Джуффин, прошу вас покажите мне какую – нибудь щель попросторнее, в которую я мог бы вжаться!?
- Воспользуйся Щелью Между Мирами, мальчик, а я с удовольствием погляжу, как ты будешь туда втискиваться… Да ты садись, Макс, не мельтеши.– Кажется, он наблюдал за моими метаниями с видимым удовольствием – Здесь будет именно Шурф, а не потусторонний любитель клубнички! К тому же, я не позволю свершаться непотребству в моем присутствии, а самое ужасное произойдет, если вы меня не позовете присоединиться и я обижусь! - Выражение лица моего начальника было весьма глумливым, но я собрался духом и стараясь не смотреть в его хитрые светлые глаза и вкратце рассказал ему нашу с Лонли-Локли историю о общем сне, морском побережье, присутствии неведомого существа и прочей романтике… После пересказал ему разговор, прозвучавший в «Ужине Вурдалака».
- И ведь, знаете, Джуффин,- сокрушенно добавил я - Меня даже не насторожили его слова по поводу приобретения нового опыта, вопрос сплю ли я голым, и… странная, еле уловимая… нежность, что ли в его голосе. Можно было подумать, он всю ночь смотрел слезливые мелодрамы на Улице Старых Монеток, впрочем, зная Шурфа, этот факт никак бы не отразился на его голосе, и уж тем более на его поведении!
- Внимательнее надо быть, вечно у тебя все происходит через задницу… - В глотке этого невыносимого типа что-то булькнуло, он сдавленно хрюкнул и продолжил, не обращая внимания на мою оскорблено вытянувшуюся рожу. - Макс, пока вы с коллегой таскались по Хумгату, общим снам и прочим малоизученным местам, твоей душой пытался завладеть могущественный колдун, прошедший в сон с вместе с вами. При известном могуществе можно завладеть не только духом, но и телом человека. Для него существует особое название - Всадник. Именно это существо ты и назвал тварью. Поняв, что ты у нас ужас, какой могущественный и в новорожденной реальности чувствуешь себя, как дома, этот некий колдун захватил разум Лонли-Локли, ведь он у нас по стечению обстоятельств в Хумгате почти что новичок, даром, что такой грозный. Ты же нужен этому существу как источник могущества, и то, что ты почти не контролируешь, и, что намного хуже, практически не осознаешь свое могущество, только на руку захватчику. Теперь о самом интересном… Надеюсь, ты и сам уже догадался, что попытка обладать твоим не заслуживающим подобного внимания телом не имеет никакого отношения к сэру Лонли-Локли. Как и все эти намеки во время вашего с ним разговора. Путем тесного физического взаимодействия тварь, стремится выйти из тела Шурфа и попасть в твое, поскольку соитие по сути – это обмен энергиями, а Всадник в его нынешнем состоянии и есть энергия. – И заметь, Макс, - Задумчиво добавил он ,- то, что Шурф на некоторое время словно бы пришел в себя и дал тебе время, чтоб убежать – случай, по сути не виданный, это делает честь нашему Шурфу и говорит о его колоссальной силе воли и невероятной способности взять сознание под контроль даже в ситуации, когда это сознание ему не принадлежит. Пожалуй, я горжусь им, что б ты о нем сейчас не думал!
- Вот тебе и «не ходите, дети, в Африку гулять!» А то заразитесь болезнями, передающимися половым путем, типа Всадника! Так и что делать то, Джуффин!?
- Съешь печенье пока, вон лежит. И кстати, - Джуффин взял многозначительную паузу. – Шурф ничего не помнит, учти. Последнее, что он видел своими глазами – как пытался тебя убить и ты взмыл в небо.
О, Небо Мира! Как я обрадовался этой новости! Но в то же время, в то же время… Значит, неожиданная и обескураживающая нежность, прозвучавшая тогда, в кабаке, в голосе Шурфа была адресована мне вовсе не им… И я, ошеломляя сам себя был вынужден признать, что чувствую некое небольшое разочарование… Я гнал эту неуместную мыслишку прочь, а она, окаянная цеплялась за самый краешек моего сознания цепкими пальчиками и никуда не исчезала. Впрочем, разумеется, тогда, в кабаке, я был рад проявлению добрых чувств со стороны Шурфа, ведь он мой друг!
Хлопнула входная дверь. Я поежился. Джуффин, напротив, расплылся в приветливой улыбке.
– Заходи, сэр Шурф. Я сгораю от нетерпения подвергнуть тебя допросу с пристрастием… У меня сложилось впечатление, что какая-то сволочь решила проскользнуть сквозь Хумгат верхом на твоем горбу. Я прав, парень?
– Разумеется, вы правы. Теперь я с некоторым недоумением спрашиваю себя, почему сам не догадался, что со мной происходит, – согласился Лонли-Локли. Он остановился рядом с моим креслом и аккуратно поставил на стол исчерченную полустертыми рунами шкатулку. Его рука осторожно легла на мое плечо. Я сразу заметил, что на ней больше не было ни защитных рукавиц, ни смертоносных перчаток.
– Никогда бы не подумал, что ты сможешь увернуться от меня, Макс. Но ты смог, хвала Магистрам!
Я решился посмотреть ему в лицо и улыбнулся от неописуемого облегчения: это действительно был прежний Шурф Лонли-Локли, спокойный и невозмутимый, а, значит, жизнь прекрасна. Значит, можно жить дальше.
Наспех перекусив тем, что заботливый Кимпа как всегда приготовил для шефа, мы втроем принялись осуществлять план, составленный посерьезневшим Джуффином. План по изгнанию Всадника из тела Лонли-Локли и его уничтожению (не Лонли-Локли, разумеется), был подозрительно прост.
Я должен буду принять предложенную Джуффином волшебную пилюлю, и опаньки, со стороны я буду восприниматься, как человек, не наделенный магическими силами или утративший их, безобидный, как бурундучок. При этом на замечание Шурфа: «Вынужден напомнить, сэр Джуффин, что при поимке Лойсо Пондохвы эти пилюли не дали нам никакого преимущества», Джуффин лишь досадливо отмахнулся, Всадник , мол, хоть и крут, но он не Лойсо... В общем, как только я начинаю казаться милым неядовитым сэром, мы с Шурфом, дружно взявшись за руки, отправляемся в Хумгат, поскольку, раз в Хумгате мы подцепили этого энергетического туриста, логично будет там от него и избавиться. И вот, почуяв мою непростительную слабость, Всадник, покидает Лонли-Локли за ненадобностью и, роняя слюни на ходу, бежит ко мне! Ну и, разумеется, быстрый и смертоносный, как молния, сэр Шурф элегантным движением левой руки навсегда превращает эту тварь в воспоминание. Хм... Где ж подвох - то? Даже Шурф, обычно равнодушный, переводил взгляд с меня на шефа и обратно, и мне даже показалось, что он неодобрительно качнул головой.
Эх, знал бы я, что конкретно ждало нас в Хумгате, я бы сначала вытащил Шурфа в рейд по всем трактирам Ехо, где наелся бы на неделю вперед, а потом уже совался... Впрочем, учитывая то обстоятельство, что тварь могла вернуться в любой момент, и снова воспылать ко мне неуместным интересом, медлить, все же не стоило!

****
Первое, что я почувствовал, придя в себя – безжалостно бьющую в нос смрадную вонь. Вскочив, я обнаружил себя в куче какого-то мусора, лежащего огромной грудой под длинной и высокой обшарпанной стеной. Было темно, лишь небо, подернутое пеленой тумана испускало слабое молочное свечение. С брезгливым любопытством я, напрягая глаза, принялся разглядывать собачий труп – главный источник вони, выкинутый кем-то на эту свалку. С усилием отведя взгляд от иссушенной оскаленной пасти, я принялся шарить вокруг, выискивая Лонли-Локли и заранее усмехаясь, представив этого безупречного джентльмена вылезающим из-под какой-нибудь затхлой ветоши. Здешний воздух был сырым и промозглым, кажется, близился рассвет. В нескольких метрах от свалки глянцевито блестела асфальтная дорога, смоченная предутренним туманом. Вурдалачий хрен! - весело подумал я, да нас забросило в мир, где я родился! Проведя взглядом по ленте дороги, я увидел величаво идущего ко мне Лонли-Локли и досадливо подумал, что меня, разумеется, швырнуло на помойку, мол, там мне и место, но разве ж могла подхалимка Судьба так обойтись с сэром Шурфом Лонли-Локли!? Разумеется, его аккуратно поставило на чистый асфальт, пока я с усилием прокладывал себе путь среди мусора.
Мы встретились, удостоверились, что с каждым из нас все в порядке и принялись изучать вышеописанную стену, в надежде найти в ней дверь. Оказалось, стена вообще не принадлежит никакому строению, а просто неуместно торчит среди лесистой местности и тянется на много дюжин метров вперед.
- Внешняя сторона этого мира не кажется мне похожей на Темную Сторону, - подытожил Шурф, брезгливо разглядывая очередную кучу разнообразного полуистлевшего хлама, встретившуюся нам по пути. – Но, в любом случае, думаю, нам стоит идти вдоль дороги. Дорога, так или иначе, приведет нас к какому-то ни было зданию, дому, некой постройке, в которой будет дверь.
Часа через три, когда тусклое солнышко уже угадывалось за хмурыми облаками, я попросил пощады у неутомимо шагающего Шурфа и присел на осклизлый валун, в предвкушении неизменной награды из Щели Между Мирами – сигарет, кофе и бутербродов.
- Шурф, ты у нас не дурак пожрать да покурить… Будешь?
- Благодарю, Макс. Не откажусь от сигареты.
Тем временем, моя рука шарила под подолом собственного лоохи, в безрезультатных попытках найти эту самую Щель. Недоумевая, я оставил свою одежду в покое и попробовал пошарить в жухлой траве за валуном, впрочем, знакомого онемения в руке не ощущалось...
Шурф, наблюдавший за моими манипуляциями с выражением неодобрения на лице, наконец, промолвил:
-Ты потерял силу, Макс, не знаю, как это возможно, но это факт. Я уже пять минут посылаю тебе зов, ты не слышишь. Советую тебе попытаться метнуть Смертный Шар.
Как во сне прищелкиваю пальцами.... Еще раз.... Безрезультатно.
****
Скупое на ласку солнце этого мира было похоже на нерадивую хозяйку, бегло пробежавшей веником по кухне, не затронув дальнего угла за печкой, в котором уже скопились упавшие спички вперемежку с дохлыми тараканами. Отсветив минутку, оно укрылось пеленой облаков, затем туч, и вот, наконец, небо одарило нас с Шурфом тихим и печальным дождичком, холодным и колючим, как брызги горной реки. Найдя ненадежное укрытие под полуоблетевшей кроной угрюмого деревца, мы сели прямо в похрустывающую траву спина к спине, поджали ноги, не знаю, как Шурфа, но мои очень замерзли, и я, нарушив недолгое молчание, спросил трагическим голосом :
- Что, со мной, Шурф?
Разумеется, я считал свой вопрос риторическим, и адресовал его скорее массиву туч над головой, чем своему другу.
Тем не менее, он ответил, и в его голосе чувствовалась присущая Шурфу конкретика:
- Кажется, я начинаю понимать, что с тобой. И что с этим местом тоже. - Он задумчиво потер пальцами лоб в том месте, где тюрбан соприкасался с кожей. – Ты Вершитель. Бытует мнение, что личность Вершителя настолько масштабна, что подразумевает наличие Темной Стороны, как у других значимых объектах Мира... Я не думал, что это возможно, так как мой опыт с нормальными Вершителями сводится к нулю, если к ним вообще можно применить какие-либо нормы. А ты Макс, ну, так скажем, не самый обыкновенный человек, и уж точно не самый нормальный Вершитель! Возможно, у тебя действительно есть Темная Сторона твоей Жизни. И не на ее ли просторах мы сейчас мокнем, невесть какой силой сюда занесенные... Хм... Впрочем, у меня есть кое-какие мысли и по этому вопросу. Озвучить?
- Валяй. –деревянным голосом каркнул я.
- Вспомни еще раз свои ощущения в Хумгате, прочувствуй их, Макс...
А прочувствовать было что, это правда! Для меня все происходящее имело поистине космические масштабы! Далеко не каждый день, хвала Магистрам, выпадает возможность почувствовать себя черной дырой со сверхтяжелой массой, обваливающейся куда-то внутрь себя и увлекающей за собой все, что оказалось во власти ее силы... Силы, рожденной моей собственной слабостью... Слабостью, из мнимой превратившейся в настоящую...
- Кажется, до меня начинает доходить, Шурф. Фокус с пилюлей в Хумгате оказался самой что ни на есть реальной реальностью! То, что я выглядел лишенным сил оказалось правдой в Коридоре Между Мирами, а почувствовав мою слабость этот грешный мир утащил меня, а я еще и тебя буквально за руку увлек сюда! Всякие волшебные миры питают ко мне необъяснимую слабость, и каждый из них просто мечтает разжиться сэром Максом!
- Ты всегда мечтал быть для всех нужным и незаменимым, вот это и сбывается в такой форме. Впрочем, вопрос сейчас не в этом. Это место, эта Темная Сторона утащила нас троих – тебя, меня и Всадника.

****
Жрать хотелось немилосердно. Мой возмущенный желудок пока воздерживался от громоподобных раскатов, стесняясь присутствия Лонли-Локли. Но мои мозги, охотно потакавшие всяческому чревоугодию, охотно подкидывали мне аппетитные картинки, нарисованные моим безудержным воображением! Поживиться было решительно нечем, я проверял....
Когда гипотетическое солнышко закатилось за гипотетический горизонт, мы, обговорив положение, решили поискать место для ночлега. Не найдя ничего, похожего на дверь, мы так или иначе вынуждены были побыть в плену этого унылого мирка. Отшагав немалый путь, я понял, что это место, конечно, не является моим родным миром. Наверное, Шурф прав, (а как показывает практика, он всегда оказывается прав) и мы находимся на непостижимой изнанке моей собственной жизни. Реальность моей родины была хоть немного логичной и закономерной, здесь же...
Когда нам попадались одиноко стоящие не вписывающиеся стены и строения, груды разнообразного сломанного хлама и мертвые животные, это еще как-то вписывалось в мои представления о многообразии миров... Меня даже не удивили полное отсутствие ветра и настораживающая неподвижность воздуха. Как сказал Лонли-Локли, все ветра моей жизни сосредоточены на нормальной ее половине. Ветер... Как не хватает здесь твоего шумного дыхания, заполняющего паруса души, твоих веселых рук, подгоняющих в спину..! О, и раздражающее отсутствие хоть какой-то живности, в один миг она, что ли погибла, или валялась здесь вечно... И странные, щемящие, тоскливые настроения, почти зримо и осязаемо обитающие здесь, заставляющие сердце мое сжиматься, словно в предчувствии беды... Но когда ближе к ночи дождь кончился, неподвижные тучи странным образом рассеялись и стал виден темно-синий купол небес.... И когда мы, открыв рты, смотрели на абсолютно беззвездное небо, меня переполнило чувство, похожее на обиду. Нет, ну это надо же, небо без луны, без звезд, небо мертвое, пустое, словно глазница, в которой даже не предполагалось наличие глаза! Почему-то это открытие словно подкосило меня. Ну да, откуда здесь звезды? На секунду я ощутил себя безмерно одиноким умирающим существом, возможно, уже умершим... Неизбывное, усиливающееся чувство некой потери почти целиком охватило мой рассудок.

Широкая дорога резко закончилась у кромки сумрачного сырого леса, чью серо-зеленую полосу мы увидели впереди еще час назад. Теперь мы шли по каменистой, местами заиндевелой тропинке, упорно не желая останавливаться, словно, наши судьбы напрямую зависели от количества покрытых километров.
****
- Сэр Джуффин научил меня этому совсем не сложному заклинанию много дюжин лет назад. С тех пор я немного ворожу над каждым своим лоохи, чтоб оно оставалось неподвластным дождю и грязи. Ты обязательно разучишь это заклинание, когда мы вернемся обратно. Здесь это делать бессмысленно… Удивительно, что сэр Джуффин, пребывая в курсе не только твоего могущества, но и твоей беспрецедентной уязвимости, не позаботился об этом раньше.
-Ах, вот оно что... А я думал, дело не в магии, а в том, что любая, не сошедшая с ума, частичка грязи в ужасе вжимается в землю, чтоб не соприкоснуться с твоим сияющим подолом… - Я устало улыбнулся. Шурф, кажется, тоже... За те часы, которые мы провели в этом отвратительно унылом месте, я так и не понял, какая часть личности этого неулыбчивого дядьки здесь преобладает. С одной стороны, его занудство и педантичность остались при нем, с другой, я сам неоднократно ржал над его шутками. Было что-то и от Безумного Рыбника, надо отметить... Час назад Шурф сказал, что впервые за много лет, ему не все равно, кого убивать, и что с Всадником у него «личные счеты». При этом его глаза цвета стали были убийственно холодны и в них явственно читался отголосок прежнего безумия...
Шурф неторопливо освобождался из своего белоснежного одеяния, чтоб отдать его мне. После он облачился в мою Мантию Смерти, недовольно поморщившись :
- Как это на тебя похоже, таскать на себе насквозь мокрую одежду и испытывать дискомфорт, прекрасно зная, что я могу ее быстро высушить, но при этом упрямо не обращаться за помощью!
Он сидел у костра, разведенного при помощи его Смертного Шара, и языки пламени, бликуя, отражались в концентрических золотых кругах на его груди. Вот, как оказывается, моя «рабочая одежда» смотрелась со стороны. Надо признать, черное облачение было к лицу Лонли-Локли. Возможно, больше, чем мне его белые одежды.
- Ностальгия, Шурф? Джуффин, как то обмолвился, что раньше ты носил такую... Шурф!? Ну ничего себе!!! А ты, однако, темпераментен и горяч, хотя с виду не скажешь!
Лонли-Локли лениво приподнял одну бровь – Вечно ты все пропускаешь мимо ушей. Я же сказал: могу быстро высушить.
От его фигуры вовсю валил пар, он был похож на некого рассерженного демона - весь темный и дымящийся, лицо его казалось немного чужим в отсветах огня, и в игре громоздящихся за его спиной тенях мне уже виделись черные крылья, царапающие влажные скалы. А чего я, собственно, стою и пялюсь на него, вцепившись в отданное мне белое лоохи Шурфа, стоя в одной скабе на радость снова заморосившему дождю?
Я торопливо оделся, наслаждаясь гаснувшими отголосками живого тепла, все еще излучаемого складками одежды, и, улыбнувшись, подтянул ткань на поясе, чтоб она не волочилась по земле.
- Шурф, а перчатки дашь померить?
- Не будь идиотом. – Доброжелательно откликнулся мой бесподобный друг.
****
Я проснулся от холода. Было так тихо, как никогда не было ни в одном из знакомых мне миров. Мы с Шурфом двумя контрастными калачиками свернулись на небольшом пятачке прогретой костром земли. Кроме нас во Вселенной никогда не было живых теплых существ и после нас никого не будет... Вечером, мы долго палили уютный костер, а потом, когда угасающее пламя совсем стихло среди подернутых сизым пеплом угольев, расчистили горячую землю от остатков золы, легли и провалились в сон. Я, разумеется, благополучно начихал на безопасность, а Шурф понатыкал охранных заклинаний везде, где только мог. По идее, хорошо прогретая почва должна была отдавать благословенное тепло как минимум до рассвета, но та часть неба, которую я видел со своего положения даже еще не начала светлеть, а я уже продрог. Шевелиться не хотелось. Конечно, можно было бы разбудить Шурфа и попросить развести еще один костер неподалеку, но совесть не позволяла, наверняка, парень измотан не меньше моего. Мне показалось, что та боковая часть моего тела, что была повернута к леденящему ночному небу, покрыта чем-то белым. Снег? Все-таки лучше, чем дождь... Потом до меня дошло, что это Шурф, по видимому, прикрыл мое тело чем-то из своей одежды. Я, забыв про оцепенение сразу развернулся к своему спящему другу. Шурф лежал спиной ко мне, но в темноте я увидел, что он без тюрбана и его темная голова покоится на сгибе локтя. Я даже приподнялся на руке, глядя на него. Кем он является, этот странный человек, пресекший столько жизней и нужных и ненужных, машина смерти, тонкий ценитель поэзии... В этом застывшем мирке, пустом и бессмысленном, ледяной и внешне равнодушный Шурф оказался для меня оплотом надежности, настоящей и простой как земля, как хлеб, как чистый металл. Человек, который пытался меня убить, который размотал плотную ткань своего тюрбана и прикрыл меня ею как шарфом, пока я спал. Мой истинный и единственный друг... Странная сонная нежность, почему-то смешанная с горечью заставила меня вытащить руку из-под складок лоохи на промозглый воздух и прикоснуться к волосам шурфа в благодарном, почти неслышном касании. Его волосы были влажными от росы. Этот незамысловатый жест словно вернул мне ощущение реальности, и я ощутил, как реален Шурф, и нет здесь ничего более твердого, чем эта реальность, ни остывшая неровная земля подо мной, ни холодная прозрачность ночного предрассветного воздуха, все это было зыбким, как отражение в неспокойной воде и не имело к нам с Шурфом никакого отношения.
Я вдруг понял, что за назойливая мысль не давала мне покоя в минувший вечер и костра. Меня почти не волнуют собственные недомогания и голод, отсутствие Двери, за которую так хочется шагнуть, необходимость найти и убить Всадника. На самом деле меня волнуют мои отношения с Лонли-Локли, который в этом совсем не романтичном мире стал для меня чем-то и кем-то неизмеримо больше, чем просто коллега. Он стал гарантом того, что я выживу, что я не сойду с ума под действием разрушительной силы Темной Стороны, под властью которой я оказался. Он стал для меня не просто человеком, которому за что-то благодарен, а...
Шурф перевернулся на другой бок и его лицо, смутно белеющее во тьме оказалось близко к моему.
- Почему ты не спишь? – судя по голосу, Лонли-Локли проснулся не только что.
- Да просто замерз. Не надо было снимать ради меня свой тюрбан, Шурф. Содержимое твоей головы кажется мне более ценным, чем моя никчемная шкура!
- Я себе это тоже примерно так и представляю, - без тени иронии отозвался Шурф. – Просто ты сильнее замерз. Думаю, нам стоит лечь потеснее.
С этими словами он достаточно бесцеремонно подгреб меня поближе и обнял. Теперь моя макушка как раз упиралась в его подбородок. Я почувствовал себя пойманным, и это было очень непривычное ощущение. Судя по его размеренному дыханию и тому, как потяжелела рука, лежавшая на моем боку, он тут же уснул. Я пребывал в шоке. А вы когда-нибудь попадали в объятия Лонли-Локли? А лежа на земле, под слепым небом чужого мира? Вот и мне прежде никогда не доводилось дышать ему в кадык и чувствовать запах его кожи, и находить его приятным... Меня мгновенно пробил пот, но не от тепла, исходившего от мужского тела, а от двусмысленности самой ситуации, медленно, я провернулся под тяжелой рукой и лег, прижавшись к Шурфу спиной. Я вспомнив, что было бы неплохо начать дышать прямо сейчас, медленно и глубоко вздохнул, расслабляя напрягшееся тело. Таращась невидящими глазами в темноту я, кажется, наконец, решился признаться самому себе, что немного влюблен в Лонли-Локли.

****
Я сел на пропитанную влагой землю, в изнеможении опустив голову и зарыв глаза. Шурф уже несколько раз выводил меня из полузабытья прикосновением ладони к затылку. Раньше ему приходилось усыплять меня таким образом, теперь будить, равнодушно подумал я. Ничего не имело больше для меня значения, кроме этой скользкой тропинки, уходящей в туманные сумерки и моей неспособности сделать по ней еще хоть несколько шагов. Я чувствовал себя настолько опустошенным и дезориентированным, что даже присутствие Лонли-Локли не вселяло уверенность в реальности происходящего. Время от времени мое тело напрягалось в мучительной судороге, берущей свое начало в животе, и дело было даже не в голоде. Деревянные мозги мои стремительно тупели, но я каким-то инстинктивным чутьем понимал, что этот унылый мир забирает меня себе: сначала моя сила, теперь мой рассудок… Взамен в мою душу просачивался страх…
- Макс. Ты был обязан известить меня, что твое состояние настолько серьезно. Твоя веселость кого угодно собьет с толку, но это гримасничанье человека, стоящего у гроба на собственных похоронах! Ты был преступно легкомыслен, не поделившись со мной, насколько все серьезно.
Эта пламенная речь вывела меня из ступора. Шурф, пройдя несколько шагов вперед и не обнаружив моего согбенного тела поблизости, вернулся и теперь сверлил меня неодобрительным взглядом. Видя, что его слова не произвели должного впечатления, он добавил, - От тебя пахнет безумием. Не сильно, хвала Магистрам, еле уловимо, но ситуация вышла из под контроля.
- О… я, наверное, сошел с ума в тот момент, когда мечтал о кусочке заплесневелого артишока, - Прошелестел я. – Или о глоточке затхлой камры…
Лонли-Локли, на этот раз вежливо спросив позволения, сгреб все, что от меня осталось, в охапку и поволок, как он выразился, «в более сухое место», где, Грешные Магистры, он собирался найти такое место, и что он собирался там со мною делать, я не спросил, так как мгновенно отключился. А, может, это Шурф меня отключил, чтоб я наконец-то перестал перечислять названия блюд, благословенное звучание которых, видимо, заменяло мне полноценный бред. Сэр Макс остался без еды.
Лонли-Локли растолкал меня довольно грубо. Я сидел, прислоненный к толстому стволу какого-то хвойного дерева, судя по темным очертаниям склонившихся над нами ветвей и терпкому смолистому запаху. Здесь, было действительно сухо, аллилуйя! Шурф, убедившись, что я в сознании аккуратно встряхнул левой рукой и поставил на ковер из хвои шкатулку с перчатками. Видно, у меня было такое недоумевающее лицо, что он сжалился и пояснил :
- Перчатки должны быть рядом, мало ли какая нечисть появится из лесу, привлеченная запахом крови. Правда нам попадались лишь мертвые экземпляры местной фауны, но лучше перестраховаться, мы на Темной Стороне, а здесь все возможно…
Крови!? Что он собрался со мной делать? Я шумно сглотнул, в лучших традициях мультяшных героев.
Шурф сказал тоном, не терпящим возражений, но при этом очень мягко:
- Я дам тебе выпить своей крови. Это приведет тебя в чувство и придаст сил на некоторое время. Двое-трое суток ты продержишься.
- Шурф…. – Кажется, я был близок к тому, чтоб прослезиться, - Видать, Джуффин выудил меня из мира, где я родился, не потому что моя никчемная персона была ему уж так нужна, а затем, чтоб я смог встретить такого колоссального друга, как ты! Дать мне своей крови… Но при всем моем бесконечном желании как следует пожрать, я не могу воспользоваться твоей бесконечной щедростью, дружище!
- В чем дело, Макс? Некие предрассудки запрещают тебе пить кровь людей? Или только могущественных колдунов? Это необходимо, пойми. Поверь человеку, неоднократно проделывающему сию процедуру, в этом нет ничего аморального, или, тем более, преступного, если все происходит по согласию.
- Да дело, как раз таки не в морали, просто… Ну не привык я ко вкусу человечинки, Шурф!- Я устало прикрыл глаза и тут же съехал на какую-то корягу. - Боюсь, после первого же глотка, или как там я буду ее пить, меня может вывернуть наизнанку прямо не отходя от кассы… И я не хочу этим смертельно тебя обидеть!
- Если дело только в этом, я быстро решу проблему, - отмахнулся Шурф.- Мне придется поворожить немного, чтобы сделать процесс более приятным для тебя, только и всего. Мне в любом случае придется поворожить, во-первых, чтоб убрать собственные болезненные ощущения и быстро зарастить ранку, а во-вторых, при подпитке, вместе с кровью, я передам тебе частичку своей силы. Именно это позволит тебе продержаться несколько дней, не обливаясь слезами по поводу невозможности вонзить зубы в какой-нибудь пирожок. Так что мне не придется обижаться на естественные реакции твоего организма. И, вообще, причем тут касса? – Последнюю фразу он тихо пробормотал уже вставая, обращаясь скорее к самому себе.
- Шурф, это немыслимо! У меня как-то в голове не укладывается, что мне придется закусить тобой… Ты уверен, что сам этого хочешь?
- Какая разница, чего я хочу? Единственное, в чем я уверен, так это в том, что ты не сможешь призвать Всадника в своем теперешнем состоянии, более того, ты и меня не дозовешься, если я уйду всего на сотню шагов вперед. – Лонли-Локли угрожающе нахмурился , его брови стремительно сошлись на переносице. - Тебе не кажется логичным, что если мы не встретимся с Всадником, то я не смогу его убить?!
Я отказывался верить своим глазам, Шурф, наш невозмутимый Шурф, к которому любая эмоция даже близко боится подойти, кажется сердит!
- Клянусь камнем, на котором Лойсо Пондохва отсиживает свой зад! Ты, кажется, не на шутку завелся! Все в порядке, друг, не стоит отсчитывать меня, словно я разбил твое окно мячом… Прости, я подобен ребенку, отказывающемуся выпить горькое лекарство, даже ради спасения собственной жизни. Разумеется, я сделаю все, что ты скажешь, Шурф.
Нависающий надо мной как утес, он снова присел рядом . – Моя кровь не горька на вкус, а в остальном ты прав. – В голосе его мне послышалась ускользающая нотка печали. - Я уже потерял однажды близкого друга. Было бы весьма прискорбно потерять еще одного, более близкого. В моих скромных силах этого не допустить и я не допущу.
Мы помолчали и он продолжил: - Я убийца и всю жизнь убивал. Облаченный в белоснежные одежды Истины, я не делаю эту истину более белой, я – убийца и всегда им буду, как меня не назови. Макс, сейчас я могу поделиться с другим человеком частью своей Жизни, не лишай меня этого чуда.
Из услышанного мне доставили неописуемое удовольствие слова «более близкого». Такой комплимент из уст сэра Шурфа кого угодно бы поднял из существа, ползающего в грязи до небожителя!
Разумеется, вопрос был решен и Шурф, вернувшись к деловому тону, пояснял мне некоторые моменты моего предстоящего «обеда».
- Нет, Макс, налить ее куда бы то ни было я на могу, даже в Дырявую Чашу. Кровь неминуемо потеряет значительную часть своей магической силы. – Лонли-Локли аккуратно отвернул верхнюю часть Мантии Смерти, прилегающую к его горлу. Я поежился. Он продолжил. - Удобнее всего брать кровь из запястий, но этот вариант нам не подходит. Надрез быстро исчезнет, но память о слабине плоти останется на некоторое время. А мои перчатки слабины в руках не примут, они не часть моего тела и их разрушительная сила может обернуться против меня самого.
Его слова почему-то вызвали в памяти цирк, укротителя и тигров. Я чуть не брякнул, так откуда, мол, прикажете сосать, сэр Шурф, укротитель перчаток!? Но, хвала Магистрам, я вовремя прикусил язык, не оскорбив своего безупречно вежливого друга, и по совместительству спасителя своим похабным юмором.
Он сидел близко, повернувшись правой стороной тела ко мне. Длинные пальцы коснулись участка кожи за его ухом. – Ты готов? – Он вежливо осведомился, не поворачивая лица. – Я делаю прокол.
Стараясь не думать, как и чем он собирается делать прокол, я привстал. Сидя мне не дотянуться до нужного места, такой уж длинный парень, наш штатный убийца!
- Погоди, Шурф, я придвинусь поближе, что б тебя не выпачкало кровью, пока я дотащу свою пасть до твоей шеи.
Он обратил на меня спокойные глаза – Макс, неужели ты и впрямь полагаешь, что я позволю течь своей крови без позволения?
Я почти заржал, представив себе, как насморк, посетивший Лонли-Локли вежливо спрашивает, будет ли ему позволено похозяйничать в носу, а нос осведомляется, можно ли ему чихнуть!
А потом началось странное волшебство. Мир вдруг сузился, до маленькой, почти интимной сферы вокруг нас. Мне показалось, что человек, одетый в мою Мантию Смерти сидящий рядом, скрестив длинные ноги – и есть я сам. А я – он, сэр Шурф, неспешно приближающий лицо к обнаженной коже сэра Макса, чтоб утолить некую жажду… С чего это мне вдруг захотелось, чтоб все было именно так… В эту затянувшуюся секунду я понял, что Шурф действительно ворожит, чтоб, как он сказал, сделать процесс более приятным. Я мягко прислонился к нему, или это сэр Шурф приник к сэру Максу? Впервые я видел столь близко его четко очерченные аристократические скулы, кончики ресниц за щекой.
- Макс, кончай изображать томного вампира и приступай к делу.
Отрезвляюще строгий голос Лонли-Локли вернул мой, воспаривший было дух в измученное тело и напрочь разрушил эротическое очарование мига. Я вздохнул и «приступил к делу».
Его кровь, казалось, попадает не в мой сжавшийся желудок, а в самое сердце моей сути, она наполняла мой подавленный дух, была противоядием от этого унылого мира. Мне чудилось, словно я глотаю теплый жидкий свинец, такой тяжелой она была. И когда Лонли-Локли отстранился, решив, что я уже «достаточно жив», и я отвалился от него как пиявка от лошади, мне было так хорошо, как бывает после целого дня, проведенного в «Обжоре Бунбе». Я был по прежнему обессилен, но эта чудесная сытая усталость была совсем другого рода! Сам удивляюсь, как не полез обниматься.
- Шурф, благодетель мой! Какой там бальзам Кахара! Ты самый потрясающий друг во Вселенной, спасибо тебе! И знаешь…. Ты удивительно интересно поворожил!
Шурф, оправляющий Мантию смерти, был немного бледен, только и всего. По моим ощущениям, я хлебал галлонами… На его коже не было ни царапины, хотя я своими глазами видел, как он хладнокровно глубоко проколол кожу собственным ногтем. Мне не хотелось думать, чего еще при желании он может наворотить такими острыми ногтями. А с виду – самые обыкновенные…
- Не стоит, Макс… Ты не представляешь, сколько людей с радостью поделились бы с тобой кровью или еще более ценными вещами, если б ты в них нуждался. - Этот серьезный парень говорил так, словно отдал мне старую ненужную скабу, не стоит, мол, благодарности… - А насчет ворожбы… Ты знаешь, поняв, что ты морально готов к процессу, я не стал тратить силы на ворожбу.
- Так ты не ворожил?
- Нет.
- Хм… Но мне все-таки было приятно.
- Вероятно потому, что это действительно приятно.
****
-Знаешь, коллега, теперь мне даже немного досадно, что ты мало чего помнишь из того, как пытался меня убить. Возможно, однажды через энное количество лет мы с тобой оставим в Доме У Моста мою Мантию Смерти и твои ужасающие аксессуары и отправимся в «Джубатыкский Фонтан» хлебнуть какой-нибудь дряни, вернее, не какой-нибудь, а соответствующей, и я роняя скупую мужскую слезу тебе на плечо, проникновенно расскажу, все, что запомнил сам. Правда, это маловероятно, поскольку я физически не смогу вылакать столько спиртного, чтоб меня подвигло на такой рассказ…
Мы сидели сытые и разомлевшие в своей крайне убогой, но в то же время необъяснимо уютной лачуге. Вернее, разомлевшим был я, я же и болтал, а Шурф, строгий, белоснежный и задумчивый время от времени флегматично кивал в такт моим словам, видимо для того, чтоб у меня сложилось ощущение, что он тоже участвует в беседе. Под неверным оранжевым светом тусклой лампочки выражение его физиономии казалось вполне человеческим. Он удостоил старый диван большой чести – присел на его краешек, точно двухметровая благородная девица. А я, грязный, взъерошенный, с волосами, выбившимися из хвоста, живописно развалился в скрипучем кресле напротив с найденной тут же паршивой сигаретой в руке. Я был расслаблен и счастлив. За жалкими полуразбитыми оконцами начинало темнеть. Дверь была выбрана, и, когда полностью стемнеет, мы отправимся домой. Блаженство…
- В таком случае, будет разумно, если и я тоже кое в чем признаюсь.- Торжественно сказал Лонли-Локли, слегка склонив голову. - Я и сам все помню. Ты знаешь, о чем я, Макс. Всадник порядочно оглушил меня, но этого оказалось недостаточно, чтоб полностью отключить мой рассудок, тренированный многолетней привычкой держать себя в руках. Мое сознание было словно парализовано, почти как ты сам. Что, впрочем не мешало моему телу тактильно ощущать происходящее наравне со Всадником. И эмпатировать его эмоциям.
- Ах, вы… Ты и Джуффин..! – Я аж задохнулся, - Хотя на тот момент, мне было гораздо спокойнее думать, что ты ничего не помнишь, да и шеф так сказал. Видимо, это была ложь во спасение моей и без того изрядно потрепанной психики!
Я глубоко, с наслаждением затянулся. Ну дела-а! и в тоже время, словно бы и облегчение.
- Ты все правильно понял, - одобрительно кивнул Лонли-Локли,- А, главное, ты не поддался своей самой пагубной страсти – ломанию комедий вперемежку с фальшивыми истериками.
Он почти улыбался, герой, блин, моих грез, и мой несостоявшийся убийца.
- Так вот как ты меня, оказывается, воспринимаешь!- Я досадливо поерзал в кресле. Но-но, я, между прочим, грозен и очень ядовит и могу обидеться на поклеп! Вот вернемся в Эхо, замучаю до смерти твою любимую пылинку, брошу ее на пол и …
- Погоди, погоди, Макс, что за чушь ты несешь? Впрочем, должно же в мире быть что-то постоянное…. Причем здесь моя ни в чем неповинная пылинка? И потом, ты сейчас абсолютно не грозен и совершенно не ядовит. - Он откинулся на спинку дивана, скрестил лапы на груди и окинул меня странным и почему-то довольным взглядом.- Ты вообще сейчас откровенно слаб, Макс.
- Это ты к чему, дружище? Настороженность в моем голосе почувствовал бы даже глухой.
- Это я к тому, что впечатления, которые я получил вместе с Всадником, оказались доселе мне не ведомыми и практически не истребимыми из памяти. Возможность познания этого нового ощущения стала навязчивой идеей. А сейчас я вижу тебя настолько беспомощным, что разрываюсь между необходимостью защищать тебя и опасным желанием продолжить провалившийся эксперимент.
Сердце мое пропустило один удар. Я действительно слышал то, что услышал, или я что-то неправильно понял? Я серьезно и настороженно посмотрел прямо в глаза замолчавшему Шурфу, пытаясь понять, что он хотел сказать последней своей фразой.
Отвечая на мой немой вопрос, он смотрел на меня так, что я почти физически ощутил, разливающуюся в воздухе тяжелую чувственность, и с ужасом понял, что этот неподвижный взор, это каменное лицо воспламеняют мою кровь, и она горит, как багряные листья дикого винограда горят под лучами закатного солнца… Я отвернулся, лихорадочно соображая, что мне ответить. Почему-то теперь я боялся взглянуть на этого мужчину, так как был уверен, что он прочтет мой испуг, и, что гораздо хуже, ликование, за которые я сам себя сейчас не уважал. Кажется, я волновался, как девятиклассница на выпускном.
- Шурф, ты ведь знаешь такую кучу разных слов,- Неуверенно начал я,- Объясни толстокожему идиоту, отказывающемуся верить своим ушам, ты мне предлагаешь стать твоим сексуальным партн…
Закончить начатую фразу я не успел, ибо повернулся и уткнулся прямо в плечо Лонли-Локли, приблизившегося ко мне неслышно, как снежный барс. Я инстинктивно отстранился, скорее даже отшатнулся, чувствуя, как зарделись мои уши, но он не дал мне увильнуть, развернув за плечо железной рукой, поднимая мое лицо… Его твердые губы довольно грубо прижались к моим, и вдруг его грешный рот стал мягким, ласкающим… Боги всех миров, с нами ли это происходит!? Внизу живота заворочался тяжелый ком. Никогда и ни с кем я не испытывал такого наслаждения во время поцелуя, так кто же мог подумать, что для меня уготовлено это познать с сэром Шурфом Лонли-Локли! Меламори, Теххи, девушки, родные, были ли вы в моей жизни, или все это неясно мне приснилось в ночь перед рассветом!? И я, о дырку надо мною в небе, отвечал ему. Я пробовал на вкус уязвимую нежность обратной стороны его губ, гладкость зубов, его язык ласкал меня неторопливо и мучительно… Сердца мои колотили друг друга, дыхание стало прерывистым и резким, ничему – то ты, Шурф меня не научил, да и возможно ли остаться спокойным в твоих объятиях, неумолимых, лишающих рассудка и опоры под ногами… Грешные Магистры вместе со своими, никому не нужными Орденами! Впервые в жизни я понял, что значат слова «отдаться страсти», и этот поцелуй, глубокий, ошеломительный, властно пробуждал во мне ту самую, истинную страсть, которой хотелось отдаться беспрекословно и радостно. Порыв, и его темная голова, уже склоненная у моих ключиц , и созвездие коротких жгучих поцелуев, оставленных на моей коже, о! там останутся ожоги, и я слышу свой бесстыдный хриплый стон, и зову его по имени, понимая, что больше никогда не стану прежним.
- Я болен тобою, Макс… - Глухо шепнул он, смутив меня окончательно. Мое имя, произнесенное этим голосом, его голосом, прозвучавшее вроде бы буднично, сердечным стуком отзвучало у меня в груди, и словно что-то горячее разлилось внутри меня. Я был пьян от звучания моего имени в его устах...
Единственный человек, кто смог бы объяснить толково и обстоятельно, что с нами происходит, чьему мнению я доверял больше, чем собственному, друг, который знает ответы на все вопросы сидел сейчас на полу, между моих раздвинутых колен, уперев тяжелую голову в мой живот. Я вцепился в его жесткие волосы, а он положил свои ладони поверх моих, словно силился удержать последние остатки разума. - Я болен тобой давно, Макс... Удивительно, как ты до сих пор этого не понял. Ты – это то, чего я больше всего боюсь, ибо ты лишаешь меня рассудка, равновесия и контроля. Всего того, что составляет большую часть меня. Я в шаге от безумия. Макс, ты… Я хочу тебя больше всего… Будь моим…. Стань моим без остатка, хоть на мгновение… А потом, убей, прикажи забыть, я подчинюсь….
Знакомый мне мир рухнул, рассыпавшись в прах, неужели я слышу прерывистое дыхание Лонли-Локли!? Как же нелегко ему далось это признание! Я обнял этого страшного человека со всей нежностью, на которую был способен и не способен, я словно соглашался с ним, принял его тайну, как величайшее сокровище, равного которому нет во Вселенной. Все маски слетели с нас, как омертвевшие листья, отдающиеся порыву ноябрьского ветра.
Он поднял свое прекрасное суровое лицо. Серые глаза его, темные, как волны Хурона под грозовым небом смотрели требовательно, они звали меня, жаждали... Я хотел ужаснуться тому, как далеко все зашло и не смог. Как во сне появляются в моем мозгу образы, один пленительнее другого. Как со стороны вижу себя бледного, с багровыми щеками. Мои ли это воспаленные губы торопливо произносят?
- Так возьми, Шурф, Шурф… Растерзай, выпей до дна, я только тебя ждал, только сейчас я это понял,- Мой голос предательски дрогнул. - Я не жил и не знал… Люби меня, Шурф… Мой мрачный ангел, друг любимый... Веди… рукой неодолимой меня сквозь сон, туман и тьму, защиту я твою приму. Не отрази мой грешный страх в своих серебряных глазах! Ты знаешь путь… Веди меня, не растеряв в груди огня, не расплескав чудесных слов, я принимаю… Твой покров.
О, Небо, судьба моя точно поезд, сошедший с рельсов, планета, сошедшая с орбиты, огненное колесо солнца, закатывающееся куда-то вбок, чей неистовый свет я все еще вижу на изнанке своих век, лежа, то ли живой, то ли нет, под телом моего любовника… Могучая яростная сила толкнула нас друг к другу, сплавила нас в одно, и не разодрать теперь без боли… Он заполнил меня всего, секундные мои колебания были сметены его натиском. И это было настоящее колдовство, куда более настоящее, чем все, что я знал. Не уходи, хрупкое, невозможное, счастье мое, отдавайся толчками еще и еще, наполняй меня властно, говори со мною гортанной музыкой стонов, ласково, грубо, не уходи… Не уходи…
Когда некоторое время или целую жизнь спустя, мы с Лонли-Локли стояли у Двери, я, замешкавшись, отступил немного и серьезно глядя ему в глаза сказал:
-Шурф, пока мы не вошли в дверь… Спасибо тебе. За то, что не дал сойти с ума. За то, что свел с ума, но по-другому. За твою кровь, за защиту, за все!
Лонли-Локли невозмутимо пожал плечами, уголки его губ дрогнули в зарождающейся улыбке. Он изрек почти снисходительно:
- Это я должен сказать тебе спасибо: я побывал на Темной Стороне Жизни Вершителя, в месте, само существование которого в недалеком прошлом вызвало бы у меня лишь сомнения. Ну а трахнуть самого Вершителя было несказанно прекрасно! А уж таким фактом в биографии, сдается мне, не может похвастать ни один человек из ныне живущих!
И грохот моей обрушившийся челюсти стал достойным окончанием нашей короткой, но насыщенной эпопеи.

@темы: Джен, Слэш, Шурф/Макс

Комментарии
2011-02-06 в 22:24 

Le Oss [DELETED user]
о, чувственно и так эмоционально.
а какая концовка xD

2011-02-06 в 23:15 

polina-kolpakova
Le Oss спасибо, я таю...

2011-02-06 в 23:25 

Le Oss [DELETED user]
это ваш первый фик?

2011-02-06 в 23:28 

polina-kolpakova
Le Oss да. очень заметно? :pink:

2011-02-06 в 23:39 

Le Oss [DELETED user]
polina-kolpakova
что вы, нет. это я просто догадливая %)
кстати, давно не читала хороших МаксоШурфов, тем более что тут очень четко просматривается канонность персонажей, что весьма приятно.
ловите ^^ :candy: :candy: :candy:

2011-02-07 в 09:51 

polina-kolpakova
Le Oss Ловлю и благодарю! Фик давно лежал "в столе", а тут вот сподвигло выложить. В середине куска не хватает, а восстановить его как руки не доходили, так и не дошли, вот и не выкладывала. думала, совсем смысл будет непонятен

2011-02-07 в 20:16 

Le Oss [DELETED user]
и правильно, что сподвигло! а вы планируете что-нибудь еще написать по этому пейрингу? или вообще фраевское?

2011-02-07 в 22:09 

polina-kolpakova
Le Oss Сильно планировала чиркануть кое-какой шурфомакс по "Зеленым водам Ишмы". ;-)Ну, всмысле, начать каноном, а потом увести от канона, как в этом фике. да только все никак рука не поднимается :nope:

2011-02-08 в 00:50 

Le Oss [DELETED user]
=) а то я бы с интересом почитала

2011-02-08 в 10:22 

polina-kolpakova
Le Oss я учту :) но, боюсь, меня хватит разве что на драббл :gigi:

2011-03-31 в 16:44 

Tehhi Shek
мой первый фик по ехо. просто неожиданно захотелось этих двоих вместе. шурф вообще мой любимый персонаж.
затягивающее ощущение. прекрасный момент для начала между ними чего-либо - попытка убийства. мне понравилось.

2011-03-31 в 22:42 

polina-kolpakova
Наффанька спасибо! советую почитать "Начало весны" автор Турмалин. Шикарная вещь, именно она сподвигла меня написать свои писульки :) пейринг тот же. пол-ночи читала :lip:

2011-04-01 в 05:56 

polina-kolpakova
да, "начало весны" уже начала сразу после вашего фанфика) спасибо за совет)
а вообще, как-то подозрительно мало фиков, особенно миди/макси я по фраю обнаружила. что-то даже как-то слегка обескуражена, в конце концов, книги были не в том году написаны(

2011-04-07 в 14:15 

polina-kolpakova
Наффанька да, с миди-макси проблема ;) сама бы почитала что-нибудь длинное и интересное :eyebrow:. еще есть "Искры Маликониса Фара", тоже ничего, только не помню, где читала.

2011-08-05 в 18:41 

Это Макс сошёл с ума и поэтому начал стихами говорить? :D стих сами сочиняли? Очень красиво! Меня тронуло прямо до глубины души. Очень метафоричный у вас язык написания. Прямо здорово. А нипишите ещё МаксоШурфов - у вас так незабываемо получается (столько раз перечитывала, что некторые моменты наизусть запомнила!)?

2011-08-13 в 17:38 

polina-kolpakova
Hinkle Спасибо, да, стишки мои ) да как-то не лезут максошурфы в голову пока )))

2011-08-15 в 16:55 

не прибедняйтесь))) наверняка лезут и не только максошурфы)))))) ладно, я просто копмлимент вам сделала))

2011-09-20 в 20:20 

МашкаБукашка
"Ну а трахнуть самого Вершителя было несказанно прекрасно!А уж таким фактом в биографии, сдается мне, не может похвастать ни один человек из ныне живущих!"


Боже,это невероятно,это прекрасно!!!!! Браво)

2011-09-20 в 23:22 

polina-kolpakova
МашкаБукашка, рада, что вам понравилось!

2012-06-02 в 22:28 

Earendilar
I find it hard It's hartd to find Oh, well whatever Nevermind
Ух ты, как классно! Так многопланово!!! Удается увидеть сразу несколько Шурфов в одном - супер!:red:

2012-06-02 в 22:40 

polina-kolpakova
Earendilar, Спасибо большое :)

2012-06-02 в 23:57 

Earendilar
I find it hard It's hartd to find Oh, well whatever Nevermind
polina-kolpakova, Этот фик требует продолжения! Там столько зашифрованных возможностей. Даже последняя фраза Шурфа - её очень непросто интерпретировать однозначно. Почему он говорит именно это? Именно так? Как будто уводит все отношения совершенно в другую плоскость. Но может ли это быть действительно так?Если опять привязать к канону, будет то необычное ощущение, как если читаешь и то ли самостоятельно ljlevsdftm? то ли ТАМ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ТАК!:hi2:

2012-06-02 в 23:59 

Earendilar
I find it hard It's hartd to find Oh, well whatever Nevermind
polina-kolpakova, то ли самостоятельно ljlevsdftm?
имелось ввиду "самостоятельно додумываешь"

2012-06-03 в 11:22 

polina-kolpakova
Earendilar,Нее, к написанию фанфов не вернусь больше, ибо стало скучно. я сейчас пишу повесть, готово около 80 страниц вёрдовского текста, но вот заглохло дело. в любом случае, оридж писать интересней и сложнее, чем воспользоваться готовым миром, досконально продуманными чужими персонажами и почивать на лаврах :D
а касаемо Фрая - последние зеленые книжки не порадовали уже. Сэр Макс сам себя исчерпал уже, читать стало не так интересно, а значит, не интересно и писать шурфомаксы :)

2012-06-03 в 17:55 

Earendilar
I find it hard It's hartd to find Oh, well whatever Nevermind
polina-kolpakova, Здорово! Просто каким-то мистическим образом взяли и озвучили мою мысль! Я только сегодня (но до прочтения коммента) почувствовала, что что-то есть в корне неверное в манипулировании чужими персонажами в чужом мире. Вот именно так! :hi2:

А мне зеленые книжки нравятся. Они в несколько другом стиле, но довольно глубокие. Особенно "Дар Шаванахолы" понравился. Да, конечно же, "Неуловимый Хаба Хэн". Если для фиков - они даже более "обоснуйные" :-D Но вот сейчас хочется, чтобы персонаж оставался таким, каким мне понравился у автора. В фиках их, конечно, здорово насилуют ;-) Только "Начало весны" - какое-то редкое и труднообъяснимое исключение ИМХО :bravo:

А о чем повесть, если не секрет? :nechto:

2012-06-03 в 20:46 

polina-kolpakova
Только "Начало весны" - какое-то редкое и труднообъяснимое исключение ИМХО - :) согласна
Повесть о любви, конечно:) в условиях эпохи каменного века :) верхнего неолита, если быть точнее :)

2012-06-03 в 21:07 

Earendilar
I find it hard It's hartd to find Oh, well whatever Nevermind
polina-kolpakova, Вау! :wow:Вот это размах. :wow2: Неистощимы должны быть эти бездны воображения :) Вот я пытаюсь хотя бы обстановочку представить - не могу:rotate: Очень-очень заинтриговали!

2012-06-03 в 21:18 

polina-kolpakova
Earendilar, планирую закончить в течении месяца :)

2012-06-03 в 21:55 

Earendilar
I find it hard It's hartd to find Oh, well whatever Nevermind
polina-kolpakova, Здорово! Будете выкладывать в дневнике? Ждеммм-с :yes:

2012-06-22 в 01:19 

Oni-sun
Столько лет живу с обостренной интуицией - а все никак не научусь адекватно воспринимать ее сигналы.
Понравилось. Только, как мне показалось, концовка скатилась в откровенный стеб. Это признание в стихах и последующая за ним фраза Шурфа. Как-то неуместно это все выглядело на фоне остальной истории.

2012-06-22 в 21:45 

polina-kolpakova
Oni-sun, да, блин, могла б убрать, убрала бы стишки :) а последняя фраза шурфа - сначала она пришла мне в голову, потом вся остальная история. не только ж максу отжигать :gigi:

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Фанфики по Максу Фраю

главная